Десятикратный чемпион Великобритании Джонатан Пенроуз победил Михаила Таля на Олимпиаде 1960 года, но не сделал шахматы единственной профессией. Позже он добился мировой известности и в игре по переписке.

Потеря фигуры, большой перевес соперника или отрицательная оценка движка еще не всегда означают, что пора сдаваться. Решение зависит от самой позиции, доступных ресурсов, уровня игроков и времени на часах. Разберем, как отличать безнадежное положение от трудного, но еще заслуживающего борьбы, и где проходит граница между упорством и шахматным этикетом.

История женского чемпионата мира началась с лондонского турнира 1927 года, получившего чемпионский статус уже по ходу соревнования. Впоследствии менялись правила отбора, способы защиты титула и положение самой чемпионки: круговые турниры уступили место матчам, затем появились чемпионаты на выбывание. Как возникла эта система и почему её неоднократно пересматривали?

Подозрение на нечестную игру — серьёзная ситуация даже для опытного шахматиста. Необычно сильная партия, странное поведение соперника или использование запрещённого устройства могут вызвать вопросы, но подозрение ещё не означает доказанного читерства.

Разбираем, как сообщить о возможном нарушении без публичных обвинений, к кому обратиться во время турнира, чем отличаются официальные жалобы ITC и PTC, какие сведения потребуются и как действовать в соответствии с правилами FIDE.

Известная шахматная книга не обязательно окажется полезной именно вам. Одна слишком сложна, другая повторяет давно освоенное, третья подробно раскрывает тему, которая сейчас не нужна. Как заранее оценить учебник, даже если вы не знаете свой точный рейтинг? Разбираем практический способ выбора по оглавлению, объяснениям и небольшому ознакомительному фрагменту.

В 1962 году Рашид Нежметдинов отдал ферзя Олегу Черникову всего за две лёгкие фигуры — и выиграл партию. Разбираем, почему белым удалось создать мощную инициативу, как чёрные пытались защищаться и что эта знаменитая встреча учит оценке материального перевеса.