Давид Яновский

От Волковыска до парижских шахматных клубов

Давид Маркелович Яновский родился 25 мая 1868 года в Волковыске Гродненской губернии Российской империи (ныне Беларусь). Он происходил из польско-еврейской семьи. В шахматной литературе встречается также дата 7 июня: её связывают с календарными пересчётами, однако трактовка этой разницы остаётся предметом исторических разногласий.

Около 1890 года Яновский поселился в Париже. Французская столица стала центром его шахматной жизни. Здесь он быстро приобрёл известность благодаря смелым комбинациям, высокой скорости расчёта и нежеланию довольствоваться спокойной игрой, если оставалась возможность атаковать.

Впоследствии Яновский не только выступал на турнирах, но и занимался шахматной журналистикой. В 1902 году он возглавил шахматную рубрику иллюстрированного французского издания Le Monde illustré. Его брат Хаим Яновский также играл в шахматы и участвовал в соревнованиях, хотя профессиональная известность Давида была значительно выше.

Путь в мировую шахматную элиту

На рубеже веков Яновский был соперником сильнейших игроков своего времени. В международном турнире в Лондоне в 1899 году он разделил второе место, уступив победителю Эмануилу Ласкеру. В 1902 году выиграл крупный турнир в Ганновере, а в 1905 году стал одним из победителей турнира в Бармене.

В Остенде в 1905 году Яновский разделил второе место с Зигбертом Таррашем, уступив Гезе Мароци. Его победа над самим Таррашем была отмечена специальным призом за красоту партии.

Особое место в карьере Яновского занимают победы в отдельных партиях над четырьмя первыми чемпионами мира: Вильгельмом Стейницем, Эмануилом Ласкером, Хосе Раулем Капабланкой и Александром Алехиным. Это редкое достижение, которое подтверждает его способность побеждать выдающихся соперников, несмотря на неровные результаты в длительных матчах.

Три матча с Ласкером: от равенства до поражения за мировую корону

История противостояния Яновского с Эмануилом Ласкером особенно показательна. За два года они сыграли три отдельных матча:

• Май 1909 года, Париж. Короткий матч из четырёх партий завершился со счётом 2:2. Каждый соперник одержал по две победы.
• Октябрь — ноябрь 1909 года, Париж. В десятипартийном матче Ласкер победил 8:2 по очкам: семь побед Ласкера, одна победа Яновского и две ничьи.
• Ноябрь — декабрь 1910 года, Берлин. Официальный матч за звание чемпиона мира завершился победой Ласкера — 9½:1½ по очкам. Чемпион выиграл восемь партий, ещё три закончились вничью. Яновский не выиграл ни одной.

Важно различать статус этих встреч. Матчи 1909 года не раз ошибочно причисляли к соревнованиям за мировую корону. Шахматный историк Эдвард Уинтер, сопоставив документы эпохи, пришёл к выводу, что чемпионский титул в них не разыгрывался. Официальным матчем за первенство мира был поединок 1910 года.

Почему Яновский, способный обыгрывать Ласкера в отдельных партиях, потерпел такое поражение? Сам Ласкер видел принципиальную разницу между исключительной комбинационной фантазией соперника и умением постепенно создавать стратегические предпосылки для атаки. По его оценке, Яновский находил тактические возможности чрезвычайно глубоко, но не всегда столь же успешно оценивал долгосрочное развитие позиции.

Это объяснение принадлежит Ласкеру, а не является универсальным диагнозом шахмат Яновского. Чемпион тоже мог ошибаться, а результат матча нельзя свести к одному свойству характера. Тем не менее противостояние демонстрирует разницу между блестящей игрой в отдельной партии и устойчивостью на длинной дистанции.

Шахматный стиль: инициатива, два слона и комбинационная фантазия

Яновский стремился к активной фигурной игре и охотно принимал осложнения. Особенно высоко он ценил преимущество двух слонов: на открытой доске они способны одновременно воздействовать на удалённые участки позиции, затрудняя защиту короля и ограничивая манёвры противника.

Его современник Осип Бернштейн, вспоминая мастера в журнале Chess Review в 1956 году, выделял два повторявшихся принципа его игры: постоянное стремление атаковать и особое внимание к паре слонов. Александр Алехин также рекомендовал изучать партии Яновского, чтобы научиться использовать возможности двух слонов.

Но атакующая направленность не означала, что Яновский жертвовал материал без расчёта. Лучшие его комбинации подготавливались активным расположением фигур, открытием линий и накоплением угроз. Это хорошо видно в следующей партии.

Партия Яновский — Тарраш, Остенде, 1905: как возникает решающая атака

Партия восьмого тура в Остенде получила приз за красоту. Белыми играл Яновский, чёрными — Зигберт Тарраш. Долгое время борьба развивалась сравнительно спокойно, но белые постепенно сосредоточили фигуры вблизи неприятельского короля.

Особенно важны три момента. Ход 29.Rb7 активизирует ладью на седьмой горизонтали. После 30.Nf5 белые усиливают давление на королевском фланге. Затем следует комбинация 31.Nxh6+ gxh6 32.Rxf7 Kxf7 33.Qxh6: белые отдают коня и ладью, зато вскрывают позицию чёрного короля и создают прямые угрозы.

Проследите партию от дебюта до 37.Re5. Обратите внимание не только на заключительные жертвы, но и на то, сколько фигур Яновский успел активизировать до начала решающих действий.

[Event "Ostend"]
[Site "Ostend, Belgium"]
[Date "1905.06.22"]
[Round "8"]
[White "Dawid Janowski"]
[Black "Siegbert Tarrasch"]
[Result "1-0"]

1. d4 d5 2. Nf3 c5 3. c3 e6 4. Bf4 Qb6
5. Qb3 Nc6 6. e3 Nf6 7. h3 Be7 8. Nbd2 Bd7
9. Be2 O-O 10. O-O Rfc8 11. Ne5 Be8 12. Bg3 Nd7
13. Ndf3 Nf8 14. Rfd1 Na5 15. Qc2 c4 16. Nd2 f6
17. Nef3 Bg6 18. Qc1 h6 19. Nh2 Qd8 20. Bf3 b5
21. e4 Nc6 22. exd5 exd5 23. Re1 b4 24. Ndf1 bxc3
25. bxc3 Qa5 26. Ne3 Bf7 27. Qd2 Ba3 28. Rab1 Nd7
29. Rb7 Nb6 30. Nf5 Qa6 31. Nxh6+ gxh6 32. Rxf7 Kxf7
33. Qxh6 Kg8 34. Qg6+ Kh8 35. Qxf6+ Kg8 36. Qg6+ Kh8
37. Re5 1-0

Что полезно извлечь из этой партии: жертва материала работает не сама по себе. Перед комбинацией у атакующего должны быть активные фигуры, доступ к королю противника и возможность поддерживать угрозы следующими ходами. У Яновского решающий удар стал итогом длительного усиления позиции.

Человек за шахматной доской

Современники оставили противоречивые впечатления о характере Яновского. Он мог быть резким, самолюбивым и чрезвычайно уверенным в собственном понимании шахмат. Вместе с тем сохранились свидетельства его остроумия, общительности в отдельных ситуациях и умения производить сильное впечатление.

Любопытное описание Яновского появилось во французской шахматной прессе в 1899 году. Автор противопоставлял внешнюю невозмутимость Ласкера изысканным манерам его соперника. Это именно наблюдение современника, а не объективная характеристика личности.

Большую роль в жизни Яновского сыграл Леонардус Нардус — нидерландский художник, коллекционер и шахматный меценат. Он помогал организовывать матчи и финансировал выступления Яновского, в том числе его встречи с Ласкером. Их отношения не всегда были простыми, о чём позднее писал Осип Бернштейн.

В исторических воспоминаниях также неоднократно упоминается увлечение Яновского азартными играми. В частности, Эдвард Ласкер рассказывал об этом в связи с чемпионским матчем 1910 года. Однако отдельные мемуарные свидетельства не позволяют установить, насколько именно это увлечение повлияло на результаты или финансовое положение шахматиста. Объяснять его карьеру исключительно этой чертой было бы неверно.

Известно, что шахматы составляли основную часть его профессиональной жизни. При этом Яновский занимался журналистикой и поддерживал обширные международные шахматные связи. По свидетельству Джона Кибла, опубликованному в British Chess Magazine в 1927 году, Яновский не был женат. Другие надёжно установленные подробности его семейной жизни немногочисленны.

Война, Америка и последние годы

Начавшаяся в 1914 году Первая мировая война прервала турнир в Мангейме. Яновский, как и другие участники из стран, оказавшихся в состоянии войны с Германией, столкнулся с интернированием. Позже ему удалось покинуть Европу и перебраться в Соединённые Штаты.

Он продолжил выступления: в Нью-Йорке в 1916 году занял второе место после Капабланки, а в 1921 году выиграл турнир в Атлантик-Сити. Даже в преклонном для турнирной практики того времени возрасте он сохранял способность находить выдающиеся шахматные решения.

В середине 1920-х годов Яновский вернулся в Европу. На турнире в Земмеринге в 1926 году он ещё побеждал сильных мастеров, в том числе Акибу Рубинштейна.

В декабре 1926 года Яновский приехал во французский Йер, где собирался участвовать в очередном турнире. Однако серьёзная болезнь помешала ему выйти на старт. Он умер 15 января 1927 года в возрасте 58 лет. Исторические некрологи указывают причиной смерти туберкулёз.

Последние месяцы жизни сопровождались финансовыми трудностями. Согласно рассказу Осипа Бернштейна, опубликованному в 1956 году, он сообщил о тяжёлом состоянии Яновского Нардусу, находившемуся тогда в Тунисе, и тот отправил деньги. В других исторических свидетельствах упоминается помощь А. Дж. Мааса. Поэтому представление о полностью оставленном всеми шахматисте было бы неточным.

Наследие Давида Яновского

Имя Яновского сохранилось в названиях нескольких дебютных вариантов, включая индийскую защиту Яновского. Однако наиболее содержательное наследие мастера — его партии, в которых активная игра фигур и комбинационные возможности соединяются с настойчивым поиском инициативы.

Его карьера напоминает о двух важных сторонах шахматного мастерства. Умение находить нестандартные тактические решения способно приносить победы даже над чемпионами мира. Но для устойчивого успеха не менее важно вовремя оценивать долгосрочные особенности позиции, переходить к защите и отказываться от атаки, когда её предпосылок недостаточно.

Именно в сочетании этих качеств — изобретательности и позиционной дисциплины — сегодня можно искать главный практический урок шахмат Давида Яновского.