Николас Россолимо: жизнь шахматного художника и история его варианта

Николас Россолимо принадлежал к поколению шахматистов, для которых международная карьера могла оборваться не из-за спортивной формы, а из-за войны, переезда или необходимости зарабатывать на жизнь. Он выигрывал турниры у сильных мастеров, играл за две национальные команды и получал призы за красивые партии. Однако сегодня его чаще всего вспоминают по третьему ходу белых в сицилианской защите.

История Россолимо интереснее привычной формулы «человек, в честь которого назван дебют». В ней есть крупные спортивные успехи, творческая самостоятельность и постоянный поиск места, где шахматами можно заниматься всерьёз.

Из Киева через Москву — в Париж

Николай Спиридонович Россолимо родился 28 февраля 1910 года. Наиболее подробные современные биографические исследования называют местом его рождения Киев, входивший тогда в Российскую империю. Отец, Спиридон Россолимо, был художником греческого происхождения; мать, Ксения Николаевна, происходила из русской образованной среды. Семья пережила революцию, распад прежнего уклада и длительное разделение: отец обосновался за океаном, а сын рос с матерью и братом.

В 1920-е годы будущий гроссмейстер жил в Москве и уже играл в шахматы. В 1929 году он покинул Советский Союз вместе с матерью и братом: после промежуточного пребывания в Праге семья обосновалась во Франции. Для молодого эмигранта парижские шахматные клубы оказались не только местом соревнований, но и кругом общения с людьми похожей судьбы — выходцами из бывшей Российской империи.

Уточнение о месте рождения. В заметке британской прессы 1961 года, обнаруженной историком шахмат Эдвардом Уинтером, Россолимо назван уроженцем Одессы. Жорж Бертола и Властимил Хорт указывают Киев. Доступного в использованных источниках документа о рождении, окончательно снимающего расхождение, нет; поэтому вариант «Киев» следует понимать как лучше подтверждённую биографическими исследованиями версию, а не как результат проверки метрической записи.

Парижский мастер и чемпион Франции

Россолимо стал заметной фигурой французской шахматной жизни ещё в 1930-е годы. Он неоднократно выигрывал первенство Парижа, а в международном турнире 1938 года занял второе место вслед за Хосе Раулем Капабланкой. В одном шахматном окружении с ним находились Ксавери Тартаковер, Осип Бернштейн и другие мастера, чья жизнь также прошла через эмиграцию.

Вторая мировая война прервала нормальный ритм международных соревнований. После войны Россолимо вернулся к активной игре и достиг лучших результатов европейского периода. В 1948 году он выиграл чемпионат Франции; в том же году сыграл вничью большой матч с Тартаковером, а в 1949-м провёл ещё один равный матч с ним. Успехи на международной арене включали турниры в Гастингсе, Саутси и других городах Европы.

Международным мастером ФИДЕ Россолимо стал в 1950 году, гроссмейстером — в 1953-м. Это были не почётные титулы за знаменитую партию, а признание продолжительной турнирной практики. На шахматной олимпиаде 1950 года в Дубровнике он выступал за Францию на второй доске позади Тартаковера и набрал 9 очков из 12.

Почему вариант Россолимо носит его имя

После ходов 1.e4 c5 2.Nf3 Nc6 3.Bb5 возникает положение, известное как вариант Россолимо сицилианской защиты. Белые не спешат проводить типичное для открытой сицилианской защиты d4, а развивают слона с давлением на коня c6. В зависимости от ответа чёрных они могут сохранить напряжение, сыграть Bxc6, изменить пешечную структуру и затем выстроить собственную игру в центре.

Здесь важно не смешивать два понятия: историческое авторство конкретного хода и вклад в развитие дебютной системы. Историк Эдвард Уинтер нашёл последовательность 1.e4 c5 2.Nf3 Nc6 3.Bb5 уже в партии Элайджа Уильямса против Джона Уизерса 1845 года. Ход использовался и другими шахматистами до Россолимо. Его заслуга состояла в частом и успешном применении идеи на высоком уровне: из необычного продолжения она превратилась в признанный способ борьбы с сицилианской защитой.

Практический смысл варианта не сводится к одному размену слона на коня. После 3...g6, например, белые могут играть 4.O-O, готовить развитие и выбирать момент для вскрытия центра. Если слон всё-таки берёт коня c6, у чёрных нередко остаётся пара слонов или появляются новые полуоткрытые линии в зависимости от того, какой пешкой они отбивают. Поэтому готовой оценки позиции по одному названию дебюта нет: решение зависит от конкретной структуры и активности фигур.

В современном шахматном репертуаре вариант продолжает жить собственной жизнью. Его нередко выбирают, чтобы не входить в обширную теорию открытой сицилианской защиты. Но это не обязательно «тихий» дебют: раннее развитие слона может стать исходной точкой очень острой атаки.

Партия Россолимо — Романенко: дебют превращается в атаку

Показательный пример — победа над Иваном Романенко в Зальцбурге в 1948 году. Эту партию нередко ошибочно относят непосредственно к турниру в Бад-Гаштайне. Однако современный событию Bulletin Ouvrier des Échecs, на который ссылается историк Жорж Бертола, описывает её как встречу отдельного товарищеского матча, сыгранного после турнира.

Россолимо начал своим фирменным 3.Bb5. Чёрные несколько раз перемещали коня, и белые использовали отставание соперника в развитии. После 10.Nd6+! белый конь был отдан за возможность вскрыть центральные линии. Следующая жертва — 13.Re8+! — уже не про материальный счёт, а про время: короля противника вынуждают выйти из безопасной позиции.

Что посмотреть на доске: как после 10...exd6 11.Bg5 начинается давление по центральным линиям; почему 13.Re8+ позволяет продолжить преследование короля; почему после 16.Bd8+ Kxd8 17.Ng5 чёрные сдались, не дожидаясь решающей угрозы Nxf7#. Ходы приведены по опубликованной исторической записи без компьютерной переоценки каждого решения.

[Event "Friendly match"]
[Site "Salzburg"]
[Date "1948.??.??"]
[Round "?"]
[White "Rossolimo, Nicolas"]
[Black "Romanenko, Ivan"]
[Result "1-0"]
[ECO "B31"]

1. e4 c5 2. Nf3 Nc6 3. Bb5 g6 4. O-O Bg7 5. Re1 Nf6 6. Nc3 Nd4
7. e5 Ng8 8. d3 Nxb5 9. Nxb5 a6 10. Nd6+ exd6 11. Bg5 Qa5
12. exd6+ Kf8 13. Re8+ Kxe8 14. Qe2+ Kf8 15. Be7+ Ke8
16. Bd8+ Kxd8 17. Ng5 1-0

В этой миниатюре хорошо видно своеобразие Россолимо: дебютная идея даёт удобное развитие, но красота комбинации появляется не сама собой. Её создают точный расчёт, плохая координация фигур чёрных и последовательное использование открывающихся линий. Исторические комментаторы восхищались жертвами; для современного читателя важнее понять причинную цепочку, которая сделала их возможными.

Америка: сильный гроссмейстер без гарантированного заработка

В начале 1950-х годов Россолимо вместе с женой Верой и сыном Александром переехал в Соединённые Штаты, где уже жил его отец. Международный титул не обеспечивал стабильного дохода. Россолимо работал в сфере обслуживания, водил такси, преподавал шахматы и продолжал выступать в турнирах. Такая нагрузка объясняет многое в его дальнейшей карьере: он оставался сильным игроком, но не мог посвятить всю жизнь только подготовке и поездкам.

У американского периода есть и крупная спортивная вершина. На открытом чемпионате США 1955 года в Лонг-Бич Россолимо и Самуэль Решевский набрали по 10 очков из 12. Победителя определили дополнительные показатели: в журнале Chess Life за ноябрь 1955 года Кеннет Харкнесс подробно объяснил, что решающим оказалось преимущество Россолимо всего в четверть пункта коэффициента Зоннеборна — Бергера после равенства по двум предыдущим системам. Среди наград ему достался автомобиль Buick.

Успех на US Open не сделал бытовые проблемы несущественными. Даже гроссмейстер такого уровня продолжал сочетать шахматную работу с заработком вне соревнований. В интервью газете The New York Times 1958 года, которое приводит Эдвард Уинтер, Россолимо выразил мысль, что Америка — хорошая страна почти для всех, кроме шахматистов. Это свидетельство о положении профессии в конкретную эпоху, а не универсальная оценка страны.

Chess Studio: шахматы как часть городской культуры

В нью-йоркском Гринвич-Виллидж Россолимо открыл Rossolimo Chess Studio — пространство, где можно было играть, разбирать партии, приобрести шахматные принадлежности и пообщаться. В отличие от закрытого турнирного зала, оно соединяло повседневную жизнь с шахматами. Среди известных людей, посещавших студию, биографические источники называют художника Марселя Дюшана, который сам был серьёзно увлечён игрой.

Студия была продолжением личности хозяина: здесь встречались шахматисты разных уровней и люди искусства. Россолимо проводил занятия и сеансы одновременной игры, разговаривал с посетителями, оставался публичным шахматным деятелем, даже когда его жизнь уже не состояла из одних турниров. Но исторические свидетельства не дают оснований превращать студию в легенду о постоянно прибыльном предприятии: её значение прежде всего культурное.

Семья, музыка, спорт и характер

Рядом с Россолимо многие годы была его жена Вера Будакович; в семье рос сын Александр. Семейные обстоятельства известны заметно хуже результатов турниров, поэтому их не стоит заполнять вымышленными подробностями. Из воспоминаний гроссмейстера Властимила Хорта следует, что Вера работала над русскоязычной семейной биографической рукописью. Хорт сообщал, что опубликована она так и не была; независимого подтверждения судьбы рукописи в рассмотренных материалах нет.

Шахматы были главным, но не единственным его увлечением. Россолимо занимался дзюдо и, согласно биографическим исследованиям, достиг коричневого пояса. Он также выступал с песнями, играл на аккордеоне и выпустил запись с русским фольклорным репертуаром. Поэтому образ шахматиста-«художника» — не только метафора красивых комбинаций: музыка и артистическая среда действительно присутствовали в его повседневной жизни.

Властимил Хорт, лично знавший Россолимо, вспоминал его как увлечённого, изобретательного человека с почти романтическим отношением к шахматам. Это именно оценка знакомого, а не объективная характеристика всех поступков Россолимо. В шахматных партиях она находит некоторое подтверждение: он охотно шёл на риск ради инициативы и красоты замысла, хотя подобная игра не всегда была самым надёжным турнирным выбором.

Шахматная жизнь на фоне политики

История Россолимо прошла через революцию, эмиграцию, войну и холодную войну. Эти события влияли на возможности путешествовать, получать приглашения и выступать в отборочных соревнованиях. Во французской шахматной прессе начала 1950-х годов публично критиковали национальную федерацию за то, что французские игроки, включая Россолимо, не получили подходящей возможности бороться за место в межзональном цикле. Такая критика отражает позицию авторов публикации, но сама по себе не доказывает, что именно конфликт с федерацией стал единственной причиной переезда.

Из доступных материалов нельзя надёжно вывести личную партийную принадлежность Россолимо, устойчивую политическую программу или религиозные убеждения. Происхождение семьи и место захоронения не заменяют свидетельства о собственных взглядах человека. Поэтому говорить здесь оправданно о влиянии исторического контекста на его карьеру, а не приписывать ему непроверенные позиции.

Две сборные и последние выступления

На шахматных олимпиадах Россолимо выступал за Францию в 1950 и 1972 годах и за США в 1958, 1960 и 1966 годах. Эта необычная последовательность точно отражает его жизнь между двумя шахматными средами. По архиву OlimpBase, за пять олимпиад он сыграл 60 партий, набрав 38½ очка.

Он продолжал активно играть до последних месяцев жизни. В 1975 году Россолимо занял третье место на World Open в Нью-Йорке. 24 июля того же года он умер после несчастного случая. Ему было 65 лет. Его карьера закончилась не постепенным уходом из турнирных шахмат: он оставался участником соревнований практически до конца жизни.

Что осталось от Россолимо

Обычно имя шахматиста переживает его самого благодаря титулу, знаменитому матчу или месту в рейтинге. У Россолимо получилось иначе. Он не боролся в матче за мировую корону, зато оставил узнаваемую дебютную идею, яркие партии и историю шахматного профессионализма без привычной сегодня инфраструктуры спонсоров и постоянных контрактов.

В этом сочетании нет противоречия. Человек, который ценил шахматы как искусство, мог находить удовольствие в сложных жертвах и при этом серьёзно развивать позиционный вариант против сицилианской защиты. Именно поэтому знакомиться с Россолимо лучше не по одному дебютному названию, а по его партиям — и по обстоятельствам жизни, в которых эти партии возникали.